| Смертники |
[Jan. 21st, 2012|10:38 pm] |
Он проснулся в своей кровати, на которой давно не спала девушка, а лишь ютились крошки от бутербродов с картонной колбасой. Голова гудела ото сна и невозможности жить. Он перевернул мир, встав на ноги, прошел на кухню, забитой грязью под видом тарелок, выпил железной воды, каждым глотком он поливал ненависть внутри себя, она сидела где-то в груди, круглая с острыми углами. Он пошел в туалет и споткнулся об пивные бутылки, они рассыпались кеглями по полу и покатились, их движение показалось ему таким неожиданным, до этого все стояло, не шевелясь, он сам не шевелился, а так оказалось, что мире что-то может приходить в движение. Он помочился, не смыв, плюнул в мочу разбавленную проточной водой, начал искать сигареты и думал как можно забыть, где оставил сигареты, это уже чересчур плохо. Нашел в прихожей, достал одну, закурил, стоял, смотрел на входную дверь, стряхивал пепел на пол, курил быстро, едва выдыхая дым, заглатывал еще, резко бросил бычок на пол и растоптал, топтал долго и с ненавистью. Он понял, что дальше так нельзя, он долго презирал жизнь, ненавидел ее, не хотел ее, пытался остановить ее, уйти подальше от нее, быть не мертвым, нет, быть и не мертвым, и не живым, существовать, но не жить, или жить, но по-другому, но так нельзя, жизнь залезает в тебя, растворяется в тебе и воздухе вокруг гнилым смрадом, и ты чувствуешь ее всем телом, нюхаешь этот жуткий гробовой смрад, который указывает на скорую смерть, неизбежную, необратимую, жизнь издевается над тобой, ничего тебе не давая, лишь упоминает о смерти, о своей лучшей подруге, они вдвоем насмехаются над тобой, по их уродливым счастливым лицам размазывается садистская улыбка, они похожи на сумасшедших клоунов, жонглирующих тобой. Он понял, что так дальше нельзя, нужно двигаться хотя бы как бутылки по полу, нельзя убежать от жизни, даже прыгнув в глубины океана, в высоты космоса, она тебя не оставит, не откажет себе в удовольствии издеваться над тобой, заставляя весь мир вокруг твердить, что ее нужно любить и ценить. Они не понимают, их она откармливает, чтобы отправить на убой к своей подружке. Ебанные лесбиянки! Раз так - выход один.
Он вышел из дома, кожа на лице была сальной и неприятной, люди вокруг казались глупцами, дибилами, дегенератами. Он шел быстро, сел на автобус, поместился на сидение, доехал до большое магазина с мебелью, посудой и прочей хуйней для мыльного счастья, зашел. Прошелся, нашел. Он хотел закурить, но понял, что к нему подойдет уебан охранник и начнет прогонять, ему не нужно, чтобы кто-то подходил. Он вышел, хотел покурить, но понял, что забыл сигареты, даже сейчас жизнь стонала: была довольна, что он всё еще варится в этой ебанной хуйне, и еще ей очень нравилось, как ей надрачивает ее подружка смерть, так не слишком быстро, не очень грубо, но и не нежно, ритмично и умело. Супер. Он купил сигареты, покурил и вернулся в магазин. Там все было неизменно. Он подошел туда же, где захотел курить, множество ножей красовалось на полке, такие домашние, аккуратные. Он почувствовал неловкость, как же так, а как же люди вокруг. Тут же разрослась ненависть внутри, он ненавидел себя за то, что его все еще держит и контролирует вся эта невыносимая поебень. Он взял нож среднего размера, острый, сделал вдох, а на выдохе врезал нож в живот. Острая боль, разрывала, тело крутило. Окружающее охнуло от неожиданности и наглости: как же так, вот урод, ведь ему дана жизнь, а он ее не хочет, неблагодарный, еще и нас заставляет смотреть и пытаться спасти его. Трудно дышать, он вытащил нож, начал быстрее резать горло. Один разрез: больше сил нет. Он ненавидел себя. Ему захотелось жить. С разрезанным животом и горлом, кряхтящий кровью, он захотел жизнь, но всё еще ненавидел ее. Хотел и ненавидил, ненавидил и хотел. А она кончала, гладя своё тело и довольно извиваясь. Смерть убрала руки от пизды и побежала к нему. Он хотел и ненавидил. Всё. Больше ничего не осталось. Ничего. После смерти нет жизни, но благо нет и смерти. Ничего нет. Наконец-то.
Он очнулся. Увидел обшарпанный больничный потолок, почувствовал повязки на теле, запах больницы вперемешку со смрадом жизни и сказал только одно слово: “Блядь!” |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.1){kind=small}
just_aliosha's journal
